Что дает чувство внутренней свободы

Я жесткая и нежная

Екатерина Мень называет себя жесткой и нежной одновременно. 

Эмоционально выражать чувства может, но с Платоном голос повышать нельзя. 

Она много шутит, смеется:

— Без юмора сложно. Он спасает. С нашими детьми, также как с обычными, случаются смешные истории. С удовольствием сама рассказываю и прошу рассказать других. Жизнь состоит не только из драм и бремени.

Не люблю чрезмерную серьезность с насупленными бровями. Даже самые тяжелые задачи упрощаются, когда привносишь в них хоть каплю юмора. Даже если анекдот про человека с инвалидностью. Если это смешно, для меня уже толерантно. Нет в этом ничего плохого.

Любое унижение человеческого достоинства — самая грязная интенция, которая может существовать, по моему мнению.

В унижении безответных людей вижу садизм.

Бывает так, что могу повысить голос. Если я кричу, то это направлено на ситуацию, в космос, а не на человека. Рядом со мной безопасно. 

Считаю возможным сказать: «Ты молодец, я тебя люблю, но тут ты сделал все криво». Но никогда не позволю: «Ты идиот, дурак». Некоторые учителя так общаются. Это ужасно. Люди потом не могут достойно и позитивно исправлять свои ошибки — боятся унижения, — объясняет она.

Екатерина опирается в жизни на неизменные вещи — любовь к людям, сильно развитую эмпатию и отменное чувство юмора.

— Это не выработанное годами качество, не мое достижение, я ему не обучалась. Скорее, дар, который получила от бабушки, мамы и папы. Меня им щедро наградили, дали подержать и сказали: «Не испорти и передай дальше — детям и внукам». Мне повезло, что обладаю некой системой внутри себя, моральной машинкой, которая заставляет жалеть слабого, делиться силой.

Платоше эти мои качества больше всего понадобились. Потому и проявляются. Не скажу, чтобы он сильно меня изменил, но то, чем занимаюсь сейчас профессионально — это поворот кардинальный.

Как мы лишаемся внутренней свободы

Штука в том, что внутренней свободы можем лишить себя только мы сами. Да, зачастую это происходит под влиянием воспитания, общественного мнения, морали, установок, и тем не менее внутренней свободы мы лишаемся только тогда, когда соглашаемся, что кто-то или что-то может отнять ее у нас.

Быть может, отчасти это закономерный процесс, потому что в юности, когда еще очень неясна для нас суть внешней и внутренней свободы, нас приходится ограничивать, чтобы мы научились вписываться в общепринятые рамки, существовать в обществе. И мы неизбежно оказываемся в чем-то ограничены и считаем, что иначе просто невозможно. Потом начинаются попытки избавления от внешних несвобод. И лишь позже, когда очень многие из этих попыток заканчиваются неудачей, мы начинаем искать выход в обретении внутренней свободы.

Что такое свобода?

Но для начала определим, что такое свобода? Это состояние человека, который полноправно управляет своими действиями. Она касается видов деятельности, характерной для определенного возраста и способствующая правильному развитию личности. Свобода это быть независимым от внешнего мировосприятия – меня никто не заставит делать то, чего бы мне не хотелось. И самое главное, это самореализация, умение нести ответственность за осуществление своих жизненных ценностей и целей, в осуществлении которых помогает человеческая воля.

Само понятие «свобода» можно рассмотреть в двух сторон: с одной стороны — это отсутствие давления и контролирования родителей или другого взрослого человека, и с другой — это воля и степень ответственности человека. Личность можно назвать свободной, когда она в состоянии полностью взять на себя ответственность за свои поступки и при этом не мешать жизни и свободе окружающих ее людей. Состояние свободы личности определяет осознанный и нравственно правильный взгляд на свои поступки, четкое знание и понимание норм и границ общества.

Таким образом, родителям и их детям надо верно понимать слово «свобода» и не путать его со вседозволенностью, распущенностью и беспределом.

Чем чревато отсутствие физической свободы для малыша?

Своими ограничениями взрослый показывает, что окружающий мир для ребенка априори опасен, и ему нельзя доверять. В результате чего ребенку внушается следующее:

  •  недоверие к миру и постоянная тревога;
  •  эгоизм и желание подчинить своей воле взрослого;
  •  постоянная надежда, что взрослый за него сделает, вытерпит, убережет его, и, как следствие, неуверенность в себе и в своих действиях.

Знать и уметь верно «распоряжаться» свободой и быть при этом ответственным (т. е. никому не причинять вреда), необходимо учить ребенка с ранних лет. Естественно, это означает не просто открыто и дидактично наставлять его – это все происходит и внушается непосредственно в воспитательном процессе, а также собственным примером.

Как обрести внутреннюю свободу

В первую очередь нужно брать ответственность на себя. Идти к осознанию, что причины своих затруднений нужно искать не в окружающих людях, не в обстоятельствах, а в себе. И менять нужно тоже не людей и внешний мир, а себя.

Нужно учиться принимать все и всех такими, какие они есть. Проще отпускать свои обиды, переживания, полагаться на жизнь – это тоже имеет прямое отношение к внутренней свободе, потому что за все обиды держимся мы сами, а не они за нас.

И, конечно, брать на себя ответственность не значит корить себя во всех бедах. Нужно уметь быть благодарными за все, что происходит в жизни, потому что в итоге это все происходит к нашему же благу.

Пусть не сразу, но ощущение внутренней свободы становится все полнее, если мы стремимся к этому. И это обязательно и жизнь нашу меняет к лучшему, и нас делает счастливее.

Лечение свободой

Ощущение состояния свободы очень важно для детей. Оно особенно необходимо ребенку при появлении неврозов

Если, например, ребенок грызет ногти, то родители начинают накладывать строжайший запрет на это. Ежедневный запрет – это постоянное сосредоточивание на проблеме, которая затягивает его все дальше и дальше. Причина самого невроза – это потеря внутренней свободы, стабильности, это постоянное переживание, что мир неустойчив и таит для него много опасностей. Поэтому невротическое состояние ребенка лечится ощущением душевной свободы и гармонии с миром. Если с ребенком случился невроз, необходимо предоставить ему свободу, т. е. не напрягать его бесконечными запретами, а тем более, наказаниями. Надо, наоборот, принять, поддержать ребенка и проявить заботу. Ведь душевное состояние ребенка, по сути дела, отражает психологическое состояние его семьи.

Учитель и ученик в поисках авторитета

Авторитет – это не про власть. Авторитет у того, к кому хочется тянуться. Ведь бывают порой даже очень умные взрослые люди, к которым не хочется прислушиваться. А бывают другие – они вроде странненькие и ни на что особо не претендуют, но хочется с ними поговорить, понять, как они живут.

Вот это и есть авторитет, и это никак не противоречит идее свободы учителя и ребенка, потому что возможность общаться с разными взрослыми на понятных основаниях с понятной общей деятельностью позволяет детям отбирать «своих» взрослых.

Контакт с ребенком может установить только заинтересованный в нем взрослый. Учитель должен видеть детей, которые сейчас к нему пришли, попробовать почувствовать, что конкретно им сейчас нужно.

Можно быть кандидатом и даже доктором наук, прекрасно знать свой предмет. Но ты входишь в класс – и дети смотрят на тебя такого, какой ты есть. Все твои кандидатские, все твои выступления на конференциях остались за дверью. Потому что здесь и сейчас ты голенький

На тебя смотрят 30 пар глаз, и детям неважно, сколько у тебя дипломов, перед какими серьезными людьми ты выступал, сколько у тебя друзей в «Фейсбуке»

Детям важно только, интересны они тебе или нет. И если они тебе интересны и дети чувствуют, что ты и есть тот самый взрослый, благодаря которому они могут про себя, или про мир, или про все это сразу узнать, то здесь и случается контакт

Если таких взрослых создается критическая масса, то школа начинает жить очень разнообразной жизнью.

Значимым взрослым в школе для ребенка может быть не только учитель. Есть такие пространства, о которых в обычных школах мало кто знает. А в школе идеальной они, как мне кажется, должны быть.

В таких пространствах происходит общение разновозрастное, и там авторитетом может стать выпускник, который, например, приходит вместе со старшеклассниками репетировать что-то в театральном кружке. Или педагог по дополнительному образованию в трудовых мастерских.

Когда я сам учился в школе Тубельского, там были потрясающие трудовые мастерские, и все ребята, которые в остальных школах были выдавлены за плохую успеваемость, за асоциальность, скапливались у нас в школе вокруг этих потрясающих учителей-ремесленников.

Они вместе делали мебель для детсада, обивали школу плиточкой деревянной – и подростковая энергия находила нужное русло: там, где они могли бы ломать – происходило созидание.

Если находятся люди, которые тебя таким принимают, что-то прощают, на чем-то настаивают, то, наверное, это и дает тебе возможность расти.

И неважно, кем будет этот авторитетный учитель – математиком или биологом. Может выстрелить совершенно неожиданная вещь

У нас в школе Тубельского был интересный опыт: человек, который занимался составлением расписания, для некоторых детей оказывался тем взрослым, с которым можно было все-все обсудить.

Барабаны, плавание и тхэквондо

Екатерина Мень открывает Платону разные способы общения с миром. Одним из них стали занятия на ударных.

— Я закончила музыкальную школу по классу фортепиано. У нас вся семья довольно музыкальная. С музыкальными инструментами знакома, но что перкуссия — настолько разнообразный мир, понятия не имела. В каком-то американском журнале прочла статью «Мозг барабанщика», открыла для себя много удивительного и подумала: а почему мы не рассматриваем такие занятия для Платона? Закинула удочку приятельнице из музыкального мира: хочу найти педагога-перкуссиониста для Платона.

Прошло долгое время, а потом мне звонит молодой человек. Василий — классный музыкант. Он преподает, но опыта общения с ребенком с аутизмом у него еще не было.

Прелесть их  первой встречи с Платоном в том, что Василий не увидел в нем что-то особенное, сказал, что так начинают все. Не возникло у педагога ни барьера, ни предубеждения. Платон это считал и доверился. У них прекрасное взаимодействие.

Поскольку я сопровождаю занятия, включаюсь в процесс. Беру какой-то маракасик и подыгрываю. Для меня это тоже психотерапевтический сеанс.

В моих глазах сильно выросло это искусство

Если раньше на концертах я практически не смотрела на перкуссионистов в дальних рядах оркестра, то сейчас они занимают самое большое внимание

Для Платона музыка оказалась одной из самых сильных нейропсихологических терапий. Мало того, что ему очень нравится, это еще и упражнения, которыми просто так он не стал бы заниматься — координация движений, работа над силой удара.

Платон занимается музыкой. Фото: Екатерина Мень / Facebook

Думаю, что они с Василием сделают номер. Но даже без выступлений сам процесс очень клевый. У Платона ограниченный набор удовольствий. И когда ты видишь то, что приносит ему радость, вдохновляешься. Он расцветает, делает открытия. Это видно по его лицу, такое подделать невозможно.

Все в жизни построено на том, чтобы нащупать то, что нужно именно ему. Дать больше средств выразить свое желание, волю, сделать самостоятельный выбор. Свобода и воля делают человека человеком.

«У нас есть ребенок с аутизмом, беретесь?» – «Нет, нет!»

Платон великолепно плавает. С большой скоростью и наслаждением. Сейчас он начал заниматься адаптивным тхэквондо. Это один из новых проектов Центра изучения аутизма.

Еще он обожает высокие точки, откуда открываются красивые виды. Панорамы его захватывают. Это может быть обзорная площадка в горах, прозрачный лифт в многоэтажном здании, или карусель, кататься на которой для родителей — за гранью безумства. Екатерина вспоминает случай:

— Однажды пришли в парк, там качели развивают немыслимую скорость и могут раскачаться до полного переворота. Платону хочется увидеть обзор с них. Кинули жребий с мужем, кому с ним идти. Выпал мне. Я не любитель таких развлечений. У Платона нет понятия экстрима, ему бы посмотреть на красоту, а мне очень страшно. Вжала голову в плечи, чтобы спрятаться и ничего не видеть. Одного его я бы не отпустила, но это было испытанием для меня.  

Екатерина и Платон

Формула любви

Идеальную школу в моем представлении можно описать тремя понятиями: любознательность, движение и гуманистический подход. На мой взгляд, это самые важные составляющие для успешной формулы. В идеальной школе не только ученики, но и учителя многое делают исходя из собственной любознательности.

Любознательность – это восторг от познания мира, беспримесный, детский, когда видишь открывающиеся перед тобой горизонты. Это возможность примерять на себя разные роли, смотреть на мир под разными углами – так ты становишься богаче, другими красками начинает играть твоя жизнь

И школа в этом смысле то самое очень важное сообщество, в котором этот опыт может впервые возникнуть и дальше перекинуть мостик во взрослую жизнь, задать вектор на будущее

Движение – это постоянное стремление к изменениям как вокруг себя, так и внутри. В Царскосельском лицее был такой лозунг: «Жить и трудиться для общей пользы»

То есть ученики задавались вопросом: что я могу предложить этому миру, в чем моя миссия? В чем я уникален, чем я могу быть полезен? Это и есть очень важное движение в сторону раскрытия своего потенциала, талантов, поиска гармонии с действительностью

Оно во всем – не только в изучении математики или чистописании. Оно и в том, чтобы реализовать свои потребности в прекрасном, скажем, чтобы научиться выражать чувства через пение или, не стесняясь, танцевать, когда хочется. Движение как антоним остановки: пока все это в нас есть, мы двигаемся.

Гуманистический подход – это то, что необходимо любой школе, не только идеальной

Для меня здесь заложено внимание к каждому человеку и принятие его таким, каким он получается. Это не значит, что мы допускаем любое поведение

Люди обычно боятся проявлять гуманизм, говоря: «мы сейчас все разрешим, и будет царить полнейший беспорядок». Но это ключевая ошибка, в корне неправильное понимание слова «гуманистический».

Развитие навыков рефлексии, тяга ко всему новому, к другому, к открытиям – все это заложено в гуманистическом подходе. Гуманистический подход позволяет создать школу равных: в ней можно стать танцором, физиком, человеком, который обрабатывает дерево. Надо только пробовать и принимать решения, делать выбор. Развиваться всесторонне: телесно, духовно, умственно.

Что приводит к ощущению внутренней свободы

Ощущение внутренней свободы приходит не сразу. Очень сложно бывает осознать, что то, за что мы привыкли возлагать ответственность на других, есть результат лишь нашего собственного выбора. От этой ответственности часто хочется убежать, потому что слишком много, оказывается, зависит от нас самих, и слишком много нужно сделать, чтобы изменить все так, как нам того хотелось бы.

Но на самом деле достаточно лишь перестать винить окружающих и жизнь в своих бедах, чтобы обрести чувство внутренней свободы. И уже только от этого в душе появляется легкость и ощущение силы, дающей нам возможность менять свою жизнь по своему усмотрению. Ведь если дело в людях и обстоятельствах, мы вряд ли как-то можем на них повлиять. Но если все зависит только от нас, то все оказывается в наших руках, в нашей власти. И тогда уж если мы не имеем чего-то, если с нами не случается что-то, то это значит только то, что мы этого и не хотим.

Отсутствие внутренней свободы сковывает нас, делает несчастными. И напротив, когда мы начинаем ощущать внутреннюю свободу выбора, нас уже ничто не сможет ограничить, что бы ни происходило вовне.

Конечно, только кажется, что речь идет о чем-то внешнем, очевидном, и внутреннем, невидимом. А на самом деле так хорошо видно людей, которые обладают внутренней свободой – они раскованы, доверяют себе, жизни, они легче ко всему относятся, проще отпускают. И напротив, когда человек внутренне скован, это словно пережимает все его внутренние токи – он зажат, вечно всем недоволен, всех обвиняет в своих проблемах, любое событие в жизни дается с трудом, большими переживаниями, жертвами, очень сложно принимать все происходящее.

Что делать когда свободу ребенка необходимо ограничить?

А как поступать в тех случаях, когда ребенок заинтересовался чем-то опасным, например, спичками, зажигалкой, электрической розеткой или газовой плитой др., каких в быту немало, мы же не можем в таких моментах продолжать предоставлять ему свободу? Здесь опять мы возвращаемся к чувству ответственности: задача родителя научить ребенка не подвергать себя опасности, быть ответственным за свою жизнь. Такое родительское «нельзя» ребенок должен понимать, как не просто ограничение свободы, а опасность для его жизни. Говоря иными словами – есть свобода, но есть еще и правила, которые ребенок должен знать и придерживаться.

Ограничивая свободу ребенка, взрослые сталкиваются с детской агрессией. Нередко можно наблюдать сцену, когда ребенок кричит, плачет и бьет взрослого, не реагируя ни на какие уговоры

Родитель пытается успокоить, перевести тему и внимание ребенка на другое – это в лучшем случае. Но бывает, когда взрослый сам начинает злиться и бить ребенка в ответ

Поскольку ребенок еще не сформировавшаяся личность, он не умеет контролировать свои действия, не может заставить себя успокоиться. Поэтому в таких случаях «давать ответ» детской агрессии и уподобляться ребенку, конечно, не стоит — это только осложнит ситуацию.

Как же поступить правильно в таких случаях? В первую очередь, не быть агрессивным в ответ, не терять спокойствия и твердости, как бы трудно это сделать ни было. Надо контролировать движения ребенка и не позволять себя бить, например, надо крепко держать его руку в тот момент, когда он пытается вас ударить. Тем самым родитель требует уважения к себе и, одновременно, показывает образец правильного поведения.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Психея
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:
Нажимая на кнопку "Отправить комментарий", я даю согласие на обработку персональных данных и принимаю политику конфиденциальности.

Adblock
detector